Рейдерство именем божьим. РПЦ выживает с земли свердловских фермеров

«А вашу собаку мы зарежем. У нас тут все сидевшие» – с этих слов началось знакомство семьи фермера Сергея Крекова с церковными захватчиками

12.31 Пятница, 4 октября 2013
Первая полоса / Общество
Конфликт между фермерским хозяйством Сергея Крекова и выстроенным по соседству Среднеуральским женским монастырем достиг точки кипения. По словам фермеров, за последние месяцы монахини и их пособники сделали все, чтобы уничтожить их хозяйство, которое они поднимали последние два десятка лет. Несколько лет Креков борется за подключение к электросетям и право пользоваться скважиной, а недавно монастырь нанес еще один удар, поставив заборы на единственной дороге к хозяйству от Серовского тракта и даже между двумя участками Крекова, который в результате не может пасти собственный скот на своей же земле.

Фермер Сергей Креков для Свердловской области во многом личность уникальная. Еще в 1992 году он с супругой Данией Сулеймановой получил в пожизненное наследственное пользование 3,5 гектара земель бывшего Верхнепышминского совхоза и за десять лет превратил их в образцовую животноводческую ферму, которая в 2002 году приятно удивила даже тогдашнего областного министра сельского хозяйства Сергея Чемезова.

С тех пор ситуация кардинально изменилась – вместо работы на ферме Креков с женой вынужден ходить по инстанциям, доказывая свои права то на подключение к электросетям, то на пользование единственной в округе скважиной, то на собственную землю, право собственности на которую получил еще 20 лет назад. Виновниками такой перемены оказались представители Екатеринбургской епархии, а позже – митрополии, получившие в оперативное управление участок по соседству и выстроившие на месте «подсобного хозяйства» новый монастырь, которому досталась и скважина, и подстанция (veved.ru уже подробно писал об истории противостояния агрессивных богомолок и аграриев). Последней каплей оказались заборы и запертые ворота на единственной дороге, ведущей к ферме.

«В лесу выстроено несколько огромных храмов, и в этом году в монастыре решили, что нужен еще один. Стройку развернули прямо на дороге, которая ведет к нам от Серовского тракта. Мы не можем проехать, нам приходится оставлять машину около дома настоятеля и добираться к дому пешком», – рассказывает жена фермера Дания Сулейманова.

По ее словам, на этом в монастыре решили не ограничиваться и поставили еще одни ворота, которые в результате перекрыли дорогу между домом фермера и вторым его участком с пахотной землей. Все это, уверены фермеры, делается ради того, чтобы выдавить их с приглянувшегося монахиням участка с добротным домом и скотным двором.

«С 8 сентября этого года начал действовать закон о принудительном изъятии неиспользуемых земель. Делается все, чтобы помешать нам использовать нашу землю, чтобы потом заявить об этом и забрать у нас», – считает Дания Сулейманова.

О том, что против них монахинями ведется целенаправленная кампания, фермеры не сомневаются и в подтверждение своей позиции рассказывают о том, как с самого первого появления священников на участке последние стали всеми способами вредить аграриям, не гнушаясь ни хамством, ни откровенными угрозами.

Первый тревожный звонок, свидетельствующий о желании РПЦ в лице Екатеринбургской епархии и монастыря на Ганиной Яме прибрать к рукам фермерское хозяйство, прозвучал 25 января 2002 года. Неожиданно на ферму приехал с проверкой министр сельского хозяйства Свердловской области Сергей Чемезов. Как выяснилось позже, о фермерах, которые якобы зря занимают землю около Серовского тракта, министру «донесли» на уровне руководства Екатеринбургской епархии и администрации Верхней Пышмы. Министр появился в хозяйстве Крековых с явным желанием остановить бесхозяйственность фермеров. Но уехал убежденный в том, что Крековы – одни из лучших представителей свердловского фермерства.

«Министр ходил по ферме и удивлялся тому, как у нас все устроено. Поразился нашему сеновалу, качеству запасенного нами корма. В разговоре с ним выяснилось: ему сказали, что мы тут появляемся всего на несколько дней в году, никакого хозяйства не ведем… А у нас тогда и дойные коровы были, и лошади, и бараны, и птица – он сам сразу сказал, что такое хозяйство невозможно содержать, приезжая на несколько дней в году», – рассказывает Дания Сулейманова. Подивившись на фермеров, которые подняли разрушенное хозяйство безо всякой помощи государства, Чемезов в этот же день пригласил их в администрацию Верхней Пышмы. Видя доброжелательное отношение министра, Крековы согласились. Но оказалось, что в верхнепышминской мэрии их ждал неприятный сюрприз от представителей РПЦ.

«В кабинет, где мы находились, зашли представители епархии – строитель монастыря на Ганиной Яме отец Сергий и монашка сестра Наталья. Чуть ли не с порога они заявили, что у нас нет никаких прав на землю и на самом деле она принадлежит этому монастырю, а вместо нашей фермы там будет подсобное хозяйство монастыря Ганиной Ямы. А в ответ на предъявление свидетельства о регистрации права на участок и кадастрового паспорта монахиня посоветовал порвать их, сжечь и в унитаз! Все попытки урезонить их как со стороны местных чиновников, так и министра не помогли», – рассказала Сулейманова.

Рейдерство именем божьим. РПЦ выживает с земли свердловских фермеров
«Индульгенция» для Сергея Крекова. Несмотря на эту расписку отца Сергия, в 2008 году епархия захотела отсудить участок фермерской земли


Впрочем, уже через два дня представители епархии сделали вид, что пошли на попятную. Отец Сергий, которому епархия поручила создавать новое монастырское хозяйство, даже дал расписку, что никаких претензий на земли Крекова не имеет и никому никаких поручений по ее поводу не давал.

В лицемерности этих заявлений Креков и Сулейманова убедились уже через полгода. 3 июня на соседний участок приехало почти три десятка монашек из Челябинской области во главе с отцом Виктором. Первые дни церковники и фермеры не мешали друг другу, но вскоре представители РПЦ, обжившись на новом месте, начали борьбу за захват чужой земли.

Одним из первых шагов священников в войне с соседями стал запрет на использование скважины, оказавшейся на территории. Почти сразу вслед за этим фермерам отключили и электричество – подстанция тоже оказалась на территории, подконтрольной РПЦ. Борьба за право подключения ведется до сих пор, на сторону земледельца вставали чиновники и суды, но предлагаемые варианты абсолютно не устраивают ни Сергея Крекова, ни его супругу.

«Договор на подключение, который нам предлагают, заключается между МРСК и монастырем, а мы выступаем лишь в качестве «третьей стороны». Главная проблема в том, что там прописаны очень интересные условия: в случае чего мы будем отвечать не только за свои задолженности, но и за долги монастыря», – объясняет Сулейманова, за годы конфликта вынужденно освоившая юриспруденцию.

Поняв, что соседи не хотят просто так сдаваться, церковники нашли новые способы испортить им жизнь. Посреди пашни, где Креков выращивал корм для своего скота, в один совершенно не прекрасный день появилась канава – монастырскому хозяйству позарез нужен был газ, и соблюдать закон, по которому прокладка любого трубопровода на чужой территории возможна только с согласия владельца или по решению суда, рейдеры в рясах сочли ниже своего достоинства.

Едва не оставив ферму Крекова без запасов корма, представители епархии нанесли новый удар. Воспользовавшись тем, что им безвозмездно подарили трансформаторную подстанцию, обеспечивающую светом весь хутор Немецкий, они периодически отключали электричество крестьянам.

Не скупились монахини и их подельники и на угрозы. Практически сразу после того, как церковники обосновались по соседству с фермерами, они навестили их с «дружеским» предупреждением, пригрозив убить собаку крестьян, если она будет лаять. «А у нас все сидевшие», – заявил тогда визитер из монастыря, показав Дании Сулеймановой и Сергею Крекову нож.

Со временем угрозы лишь набирали силу. Еще один гость (похожий то ли на чиновника, то ли на бизнесмена), заглянувший на ферму на новом «Лендкрузере», лаконично объяснил, что хотят церковники: «Продайте землю, или мы вас подожжем!» Угрозы сопровождались психологическим давлением. То под окнами дома, в котором живет Креков, устраивались крестные ходы, то молитвенное стояние устраивалось прямо в поле, поближе к месту, где работал фермер. А после того, как руководство епархии в 2005 году провело через Священный синод РПЦ решение о преобразовании подсобного хозяйства монастыря на Ганиной Яме в самостоятельный Среднеуральский женский монастырь, активность увеличилась еще больше. При этом, выдавливая фермеров, монахини не забывали и о себе – на землях лесного фонда, где запрещено любое строительство, всего за несколько лет выросло несколько высоких храмов, и стройка далека от завершения.

Рейдерство именем божьим. РПЦ выживает с земли свердловских фермеров
До прихода РПЦ на земле Среднеуральского лесничества находилось два небольших домика и коровник. Сейчас там целый поселок: с двумя храмами и пятиэтажными постройками для нужд монастыря


Параллельно с давлением на фермеров священники ведут с ними и юридическую войну, пытаясь официально оформить на себя приглянувшийся участок. В июле 2008 года Креков и Сулейманова с удивлением узнали, что приказом министерства природных ресурсов земля передана в оперативное пользование РПЦ, конкретно – этого монастыря. Так как у фермеров были все документы, подтверждающие право на надел, они не согласились с таким произволом. Суды затянулись на три года и завершились признанием незаконности решения Минприроды, а вместе с ним – и всех посягательств со стороны монахинь, компанию которым в монастыре составляют несколько «мужчин в камуфляже», непонятно как оказавшихся в женском монастыре. В октябре 2011 года епархия лишилась и союзников в правительстве – заместитель министра природных ресурсов Александр Орехов официально заявил Сергею Крекову, что ведомство полностью отказывается от своего решения и далее не намерено продолжать судебные разбирательства.

Впрочем, как показывают последние события с перекрытием единственной дороги, суды и мирские законы не охладили пыл монашествующих, перешедших к тактике выдавливания фермеров путем создания им максимальных помех. Дания Сулейманова признается, что обошла уже почти все возможные инстанции в поисках защиты, но успеха до сих пор нет.

«Мне не надо, чтобы защищали Крекова. Мне надо, чтобы защищали закон. Почему все игнорируют наши документы, выданные еще в 1992 году, почему этим монахиням позволено так себя вести? Сейчас мы не можем даже доехать до своего дома, выгнать скот на пастбище, мы даже воду для хозяйства вынуждены на себе тащить через лес от трассы. Я понимаю, чего они добиваются: по новому закону можно будет изъять землю, которую не использует владелец, – и они делают все, чтобы мы не могли ее использовать. Но мы не намерены сдаваться», – сохраняет оптимизм Сулейманова.

При этом представители РПЦ в беседах с журналистами отказываются признавать хоть какие-то проблемы с соседями, демонстрируя при этом познания в блатном жаргоне.

«Боюсь, митрополит не в курсе проблем какого-то неизвестного ему фермера. Если вторая сторона – монастырь, то и все вопросы задавайте в монастырь, это их терки», – кратко заявил секретарь митрополита Екатеринбургского и Верхотурского игумен Вениамин (Райников).

Представители монастыря оказались еще лаконичнее. Услышав, что общается с журналистом, монахиня Татьяна сообщила, что не вправе давать комментарии. Впрочем, уже через пять минут в монастыре одумались и перезвонили, категорично заявив, что никакого конфликта нет. Видимо, поставить на грань выживания хозяйство, в свое время поразившее своей образцовостью министра сельского хозяйства, для монахинь недостаточно, чтобы считать это конфликтом.

Получать доступ к эксклюзивным и не только новостям «Вечерних ведомостей» быстрее можно, подписавшись на нас в сервисах «Яндекс.Новости» и «Google Новости».
Алексей Остапов © Вечерние ведомости
Похожие материалы
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 60 дней со дня публикации.
Работая с этим сайтом, вы даете свое согласие на использование файлов cookies. Статистика использования сайта отправляется в Google и Yandex. Политика конфиденциальности
OK