«Политическая дубина, которую заказывает Кремль, работает во всей красе»
Экс-сенатор Мархаев, единственный проголосовавший против поправок к Конституции, в годовщину того голосования ответил на вопросы «Вечерних ведомостей»
11.03.2021
Ровно год назад, 11 марта 2020 года ВОЗ объявила всемирную пандемию коронавируса. В этот же день в парламенте России прошло голосование по законопроекту о внесении поправок в Конституцию. Что примечательно, в тот день голосовали обе палаты Федерального Собрания – Совет Федерации проголосовал спустя три часа после принятия поправок в третьем чтении Госдумой. Тогда ещё спешили провернуть процедуру как можно быстрее, чтобы успеть провести общенародное голосование 22 апреля, но позже коронавирус вынудил скорректировать эти планы.
В нижней палате парламента из 426 присутствовавших депутатов никто не проголосовал против поправок, а в верхней нашёлся лишь один человек, кто не побоялся выразить протест изменению Конституции – им стал Вячеслав Мархаев, сенатор от Иркутской области. Таким образом он оказался единственным из голосовавших в тот день 590 членов Федерального Собрания, кто открыто высказался против.
После того как в сентябре 2020 года в Иркутской области появился новый губернатор – единоросс Игорь Кобзев (занявший место ушедшего в отставку коммуниста Сергея Левченко), он отозвал Мархаева из СовФеда, назначив вместо него своего однопартийца Андрея Чернышёва. Сейчас Мархаев не отошёл от политики, и занимается партийным строительством в бурятском отделении КПРФ. Специально для «Вечерних ведомостей» Вячеслав Михайлович согласился ответить на несколько вопросов.
— Вы были единственным членом СовФеда, который проголосовал против изменений в Конституцию. Как к этому отнеслись ваши коллеги по верхней палате парламента? Кстати, с сенаторами велись какие-то предварительные беседы? Пытались убедить в необходимости поддержать поправки?
— Определённая методика всегда была и остаётся. В своё время Грызлов говорил «это место не для дискуссий». Я как раз всегда доказывал, что это место для дискуссий — только в этом случае принимаются правильные решения. Были разговоры со мной, но то, что я выступил против, это моя позиция. Сенаторы отнеслись с пониманием.
— Не разочаровывает ли вас то, что оказались единственным, кто высказался против?
— Нет. Единственное разочаровывает то, что нет результата. Хотя в последние годы есть сенаторы, которые поддерживают, так скажем, не совсем правительственную позицию.
— В Совете Федерации Свердловскую область уже более 10 лет представляют Эдуард Россель и Аркадий Чернецкий. Для жителей региона их деятельность по большому счёту незаметна. Вы знакомы с ними? Что-то можете о них сказать?
— Я с ними знаком, но не сказать чтобы хорошо. А то, что 10 лет заседают – так там все парламентарии профессионалы. Но, к сожалению, всё заказывает та самая вертикаль, и, естественно, они говорят «есть», и принимают вот эти нелепые антинародные законы.
— В 1990-х Совет Федерации был выборным. Затем право назначать туда представителей отдали главам исполнительной и законодательной властей регионов. Какая система лучше?
— Я считаю, что назначение не совсем правильно, и я думаю, что это надо пересмотреть. Наша позиция, чтобы сенаторы были избираемыми.
— Выполняет ли, на ваш взгляд, СовФед отведённую ему роль «фильтра» законов, принимаемых Госдумой.
— Нет.
— Вы были депутатом Госдумы VI созыва. Этот созыв прозвали «бешеным принтером». Можете вспомнить самые резонансные законы, по которым вам приходилось голосовать и вашу позицию по ним?
— Вы знаете, что в Государственной думе всё построено на фракционной деятельности, поэтому каждая фракция вырабатывает свои направления, и факты, по каким законам наша фракция голосовала или не голосовала, они общеизвестны.
А так на моей памяти мы один единственный раз вышли в знак протеста — против реформирования Академии наук. И Жорес Иванович Алфёров, лауреат Нобелевской премии, депутат нашей фракции, неистово защищал эту позицию, и говорил о том, что это серьёзнейшая ошибка. И время показало, что это так. Все представители образовательного и научного сообщества сегодня говорят, что это было крайней ошибкой и лоббированием чьих-то определенных интересов.
— В 2019 году вы участвовали в выборах мэра Улан-Удэ, после которых в столице Бурятии вспыхнули протесты. Там действительно были нарушения при голосовании? Какого рода?
— Нарушения были, их было множество, «пеньковость» ведь и тогда уже была в некой степени – и голосование на дому, и досрочное голосование, и просто факты фальсификации, подбросов. Но самое страшное – это административный ресурс, когда требуют от всех УИКов, ТИКов, необходимого результата. Это самое страшное. Поэтому свободное волеизъявление не обеспечивается.
— Улан-Удэ является одним из немногих городов России, в которых есть прямые выборы мэра. Причём вернул их в 2018 году Глава Бурятии — единоросс. Почему, на ваш взгляд, в других городах России боятся возвращать прямые выборы мэров?
— Прямые выборы это элемент демократии. И то, что сейчас они у нас в Улан-Удэ есть, ещё не факт, что останутся на следующих выборах. Власть как огня боится прямых выборов. С приходом Цыденова вернули прямые выборы мэра Улан-Удэ, но отменили их на уровне районов – сейчас руководители районов республики назначаются на конкурсной основе, прямые выборы там полностью отменили. Это еще раз говорит о том, что власть боится собственного народа, и делает все возможное, чтобы размыть такое понятие как волеизъявление.
— Вы являетесь ветераном МВД. Почему так мало полицейских, даже тех, кто уже на пенсии, открыто высказывающих неприязнь к силовому подавлению гражданских выступлений? Все их поддерживают?
— Вы знаете, что после этих событий, есть и сотрудники, которые не побоялись высказать мнение, и бросили удостоверение, говоря о том, что им стыдно находиться среди личного состава, который выполняет такие приказы. И есть факты в ряде регионов, в том числе и на Кавказе, когда силы полиции, Росгвардии, не принимали участие и просто снимали каски под аплодисменты находящихся. Это ещё раз говорит о том, что такие моменты есть.
— То есть, есть честные и порядочные люди, которые сейчас носят погоны?
— Есть, но есть и другая категория — у них немало определенных льгот, зарплаты высокие и так далее. Выслуживаются. Поэтому когда росгвардеец мощный, тренированый, может, даже прошедший командировки на Кавказ, пинает женщину или тащит инвалида, на что я тоже обращал внимание, это ненормально. То есть есть такая категория, которая будет слепо, тупо выполнять приказ.
— Как думаете какой категории больше? Больше хороших и порядочных людей, или вот таких вот?
— Я считаю, что это представители закона. Они принимают присягу. Среди них очень много порядочных, нормальных, заслуженных. Например, я был семь лет командиром ОМОН, а в общей сложности провёл почти 30 лет в этом органе, и до сих пор в Росгвардии служат мои ученики, поэтому не могу о них ничего плохого сказать — и в условиях чеченских командировок они очень себя проявляли неплохо. Но вы понимаете, я опять скажу о том, что есть вертикаль, политическая дубина, которую заказывает Кремль, она работает во всей красе. Поэтому они выполняют вот те приказы, которые идут сверху.
В нижней палате парламента из 426 присутствовавших депутатов никто не проголосовал против поправок, а в верхней нашёлся лишь один человек, кто не побоялся выразить протест изменению Конституции – им стал Вячеслав Мархаев, сенатор от Иркутской области. Таким образом он оказался единственным из голосовавших в тот день 590 членов Федерального Собрания, кто открыто высказался против.
После того как в сентябре 2020 года в Иркутской области появился новый губернатор – единоросс Игорь Кобзев (занявший место ушедшего в отставку коммуниста Сергея Левченко), он отозвал Мархаева из СовФеда, назначив вместо него своего однопартийца Андрея Чернышёва. Сейчас Мархаев не отошёл от политики, и занимается партийным строительством в бурятском отделении КПРФ. Специально для «Вечерних ведомостей» Вячеслав Михайлович согласился ответить на несколько вопросов.
— Вы были единственным членом СовФеда, который проголосовал против изменений в Конституцию. Как к этому отнеслись ваши коллеги по верхней палате парламента? Кстати, с сенаторами велись какие-то предварительные беседы? Пытались убедить в необходимости поддержать поправки?
— Определённая методика всегда была и остаётся. В своё время Грызлов говорил «это место не для дискуссий». Я как раз всегда доказывал, что это место для дискуссий — только в этом случае принимаются правильные решения. Были разговоры со мной, но то, что я выступил против, это моя позиция. Сенаторы отнеслись с пониманием.
— Не разочаровывает ли вас то, что оказались единственным, кто высказался против?
— Нет. Единственное разочаровывает то, что нет результата. Хотя в последние годы есть сенаторы, которые поддерживают, так скажем, не совсем правительственную позицию.
— В Совете Федерации Свердловскую область уже более 10 лет представляют Эдуард Россель и Аркадий Чернецкий. Для жителей региона их деятельность по большому счёту незаметна. Вы знакомы с ними? Что-то можете о них сказать?
— Я с ними знаком, но не сказать чтобы хорошо. А то, что 10 лет заседают – так там все парламентарии профессионалы. Но, к сожалению, всё заказывает та самая вертикаль, и, естественно, они говорят «есть», и принимают вот эти нелепые антинародные законы.
— В 1990-х Совет Федерации был выборным. Затем право назначать туда представителей отдали главам исполнительной и законодательной властей регионов. Какая система лучше?
— Я считаю, что назначение не совсем правильно, и я думаю, что это надо пересмотреть. Наша позиция, чтобы сенаторы были избираемыми.
— Выполняет ли, на ваш взгляд, СовФед отведённую ему роль «фильтра» законов, принимаемых Госдумой.
— Нет.
— Вы были депутатом Госдумы VI созыва. Этот созыв прозвали «бешеным принтером». Можете вспомнить самые резонансные законы, по которым вам приходилось голосовать и вашу позицию по ним?
— Вы знаете, что в Государственной думе всё построено на фракционной деятельности, поэтому каждая фракция вырабатывает свои направления, и факты, по каким законам наша фракция голосовала или не голосовала, они общеизвестны.
А так на моей памяти мы один единственный раз вышли в знак протеста — против реформирования Академии наук. И Жорес Иванович Алфёров, лауреат Нобелевской премии, депутат нашей фракции, неистово защищал эту позицию, и говорил о том, что это серьёзнейшая ошибка. И время показало, что это так. Все представители образовательного и научного сообщества сегодня говорят, что это было крайней ошибкой и лоббированием чьих-то определенных интересов.
— В 2019 году вы участвовали в выборах мэра Улан-Удэ, после которых в столице Бурятии вспыхнули протесты. Там действительно были нарушения при голосовании? Какого рода?
— Нарушения были, их было множество, «пеньковость» ведь и тогда уже была в некой степени – и голосование на дому, и досрочное голосование, и просто факты фальсификации, подбросов. Но самое страшное – это административный ресурс, когда требуют от всех УИКов, ТИКов, необходимого результата. Это самое страшное. Поэтому свободное волеизъявление не обеспечивается.
— Улан-Удэ является одним из немногих городов России, в которых есть прямые выборы мэра. Причём вернул их в 2018 году Глава Бурятии — единоросс. Почему, на ваш взгляд, в других городах России боятся возвращать прямые выборы мэров?
— Прямые выборы это элемент демократии. И то, что сейчас они у нас в Улан-Удэ есть, ещё не факт, что останутся на следующих выборах. Власть как огня боится прямых выборов. С приходом Цыденова вернули прямые выборы мэра Улан-Удэ, но отменили их на уровне районов – сейчас руководители районов республики назначаются на конкурсной основе, прямые выборы там полностью отменили. Это еще раз говорит о том, что власть боится собственного народа, и делает все возможное, чтобы размыть такое понятие как волеизъявление.
— Вы являетесь ветераном МВД. Почему так мало полицейских, даже тех, кто уже на пенсии, открыто высказывающих неприязнь к силовому подавлению гражданских выступлений? Все их поддерживают?
— Вы знаете, что после этих событий, есть и сотрудники, которые не побоялись высказать мнение, и бросили удостоверение, говоря о том, что им стыдно находиться среди личного состава, который выполняет такие приказы. И есть факты в ряде регионов, в том числе и на Кавказе, когда силы полиции, Росгвардии, не принимали участие и просто снимали каски под аплодисменты находящихся. Это ещё раз говорит о том, что такие моменты есть.
— То есть, есть честные и порядочные люди, которые сейчас носят погоны?
— Есть, но есть и другая категория — у них немало определенных льгот, зарплаты высокие и так далее. Выслуживаются. Поэтому когда росгвардеец мощный, тренированый, может, даже прошедший командировки на Кавказ, пинает женщину или тащит инвалида, на что я тоже обращал внимание, это ненормально. То есть есть такая категория, которая будет слепо, тупо выполнять приказ.
— Как думаете какой категории больше? Больше хороших и порядочных людей, или вот таких вот?
— Я считаю, что это представители закона. Они принимают присягу. Среди них очень много порядочных, нормальных, заслуженных. Например, я был семь лет командиром ОМОН, а в общей сложности провёл почти 30 лет в этом органе, и до сих пор в Росгвардии служат мои ученики, поэтому не могу о них ничего плохого сказать — и в условиях чеченских командировок они очень себя проявляли неплохо. Но вы понимаете, я опять скажу о том, что есть вертикаль, политическая дубина, которую заказывает Кремль, она работает во всей красе. Поэтому они выполняют вот те приказы, которые идут сверху.
Владислав Постников, Виктор Кондратенко © Вечерние ведомости
Читать этот материал в источнике
Читать этот материал в источнике
В Екатеринбурге хотят навсегда закрыть парковку на площади 1905 года
Пятница, 11 апреля, 12.09
Инженер одного из екатеринбургских предприятий перевёл телефонным мошенникам почти 11 миллионов рублей
Пятница, 11 апреля, 11.44
СК возбудил уголовном дело после избиения школьника в свердловском посёлке Мартюш
Пятница, 11 апреля, 11.12