Подпишись на МК-Урал

Пермь: газетный номер


17:13 | 26.07.2018

В Прикамье обсуждают пенсионную реформу

Эксперт: демографические структурные изменения — процесс объективный и необратимый

19 июля Госдума одобрила в первом чтении законопроект о повышении пенсионного возраста, внесенный Правительством РФ. Он предусматривает изменение пенсионной системы и постепенное повышение возраста выхода на пенсию — до 65 лет для мужчин и до 63 лет для женщин, к 2028 и 2034 году соответственно. Для тех, кто уже на пенсии, изменяются только размеры выплат — их предложено увеличивать на тысячу рублей ежегодно. В первом чтении принимаются базисные установки, а содержательная часть с учетом поправок рассматривается уже во втором чтении, которое пройдет осенью. При этом Госдума продлила их прием больше чем на месяц — до 24 сентября.

Теперь на очереди подготовка документа ко второму чтению. Президент РФ Владимир Путин поставил задачу при доработке законопроекта организовать обсуждение максимально широко, учесть экономические реалии реформы и ее социальные последствия.

В Прикамье, как и везде, пытаются осознать, что несет предстоящая реформа, какие проблемы она должна решить. Чем вызваны изменения в пенсионной системе и есть ли альтернативные решения, рассказывает эксперт, доцент кафедры социологии и политологии Пермского национального исследовательского политехнического университета Юрий Вассерман.

— Юрий Михайлович, в каком возрасте выходят на пенсию в других странах?

— В развитых странах рекорд — это Финляндия: мужчины и женщины выходят на пенсию в 68 лет. В Голландии тоже в 68 лет, но женщины чуть пораньше. Очень распространенный возраст — 67 лет, он принят в Дании, Норвегии, Соединенных Штатах, Германии. В Англии — 65 лет. Примерно такие ориентиры.

— Говорят, что идея не нова и для нас: вопрос повышения пенсионного возраста в России ставился и раньше.

— В 70-е годы, когда я был студентом, я прочитал статью о том, что с 1980 года будут сокращаться трудовые ресурсы. До этого они каждую пятилетку увеличивались, а тут будут уменьшаться, потому что пойдут на работу родившиеся в начале 60-х годов, то есть внуки войны, а выходить на пенсию будут рожденные в 20–30-е годы. Я тогда подумал: как здорово, демография все предсказывает, значит, примут какие-то меры.

И действительно, партия сказала: надо повышать интенсификацию труда, поскольку у нас больше нет трудовых ресурсов. Были, кстати, и предложения о повышении пенсионного возраста для увеличения трудовых ресурсов. Но это была такая публицистическая дискуссия, и на нее был дан ответ: наш пенсионный возраст — это завоевание социализма, и мы им поступиться не можем.

Потом, когда в 90-е годы наступила все-таки эпоха реформ, тоже обсуждалось это предложение, поскольку мы действительно отставали по этому показателю от других стран. И тоже не было принято.

В начале 2000-х годов снова заговорили о том, что нам необходима пенсионная реформа, что наша пенсионная система архаична. Но в итоге пошли не путем увеличения пенсионного возраста, а путем создания накопительной части пенсии.

Чем дальше мы откладываем перемены, тем болезненнее будут реформы. Это, знаете, как у врача: заболело у тебя, сказали попить таблеточки, а ты не стал пить. А потом пришел — тебе говорят: «Э, батенька, как у вас все запущено, уже резать надо!»

Сейчас тоже ведь ходят разговоры, что мы можем с реформой еще десять лет потерпеть. Но если еще раз отложим — дальше изменения будут гораздо более крутые. Это ведь не какая-то особенность России, это общий сдвиг в демографической динамике во всех развитых странах.

— То есть все-таки основная причина — демография. Есть и другие?

— Вот что касается демографии: когда возникло современное общество, то есть основное производство переместилось из сельского хозяйства в индустрию, а население — из сельской местности в город, изменилась культура. В частности, исчезла многопоколенная семья, где дедушки, бабушки, дети, внуки жили вместе. Пока она существовала, общество не знало никаких пенсионных систем. В них возникла необходимость, когда семья стала нуклеарной — родители и маленькие дети, а взрослые дети уже вместе с родителями не живут. Необходимо было что-то делать с пожилыми людьми, которые уже нетрудоспособны, — тогда и возникли разные пенсионные системы. Одна из них — солидарная, при ней деньги берутся с тех, кто работает, и выплачиваются тем, кто уже не может работать.

Ну и вместе с процессом изменения общества, о котором я говорил, происходит так называемый демографический переход: падает рождаемость и падает смертность. В результате этого начинают накапливаться демографические структурные изменения: поскольку падает смертность, пожилые люди живут дольше, а детей, которые приходят на смену, становится меньше. В итоге все страны приходят к этой самой пенсионной системе. И когда эти демографические изменения становятся очевидными — в первую очередь для финансовой системы: надо выплачивать пенсии, откуда-то брать деньги, — начинаются самые разные реформы. Увеличение пенсионного возраста, накопительные пенсии, то есть добровольные — если хочешь, ты можешь сам откладывать себе на старость. Или, например, увеличение трудовых ресурсов за счет миграции. Это тоже один из вариантов разрешения демографического кризиса, когда число людей в работоспособном возрасте падает, а количество людей в нетрудоспособном возрасте увеличивается.

Эти процессы и лежат в основе предлагаемых изменений. Это не какая-то особенность России, это глобальная волна. И, по прогнозам ЮНЕСКО, после 2050 года уже ожидается глобальная депопуляция, то есть сокращение населения во всем мире. То есть молодых и рьяных, которые готовы приехать и поработать, будет сильно не хватать во всем мире. Такова реальность, в которой нашему обществу нужно принимать какие-то решения. Никаких обходных путей нет — вот я лично с точки зрения демографии их не вижу. Так что чем решительнее, быстрее мы будем действовать, тем легче нам будет. Чем дольше будем откладывать, тем будет тяжелее.

— Каково соотношение пенсионеров и работающих в Пермском крае?

— Наша ситуация типична для России. Тут важно даже не само количество пенсионеров и работающих, а динамика: то, что количество работающих растет медленнее, чем количество пенсионеров. И таким образом, демографическая нагрузка на работающего — есть такой термин — постоянно увеличивается. И это приводит к определенным финансовым, бюджетным последствиям. Потому что людям нетрудоспособного возраста необходимо платить какое-то пособие, и оно увеличивается, поскольку нарастает эта группа, и трудоспособным людям тоже необходимо платить. Предприниматели, с которыми я разговаривал, говорят, что это значительная часть их расходов — платежи в пенсионную систему определенной части от фонда заработной платы. Так что Пермский край в этом отношении в общей волне.

— По численности — говорят, что сейчас приходится двое работающих на одного пенсионера. А раньше было три с чем-то.

— Если округлять, то двое. На самом деле, по-моему, даже меньше. Но страшна динамика: сегодня двое, а завтра будет один, если ничего не изменить. Ну или еще один вариант — миграция. Давайте откроем двери пошире и завезем работников. Я думаю, что эта дверь тоже не закрыта для решения проблемы. Но посмотрите на ту же Францию: там мигранты — назовем их так, хотя они все считаются французами, — составляют 10 % населения. Применительно к России это было бы порядка 15 миллионов человек. Так что это сложный вариант, который тоже не всеми приветствуется.

ФОТО: Om1.ru

© «Вечерние Ведомости»

 


Поделиться в соцсетях:

Версия для печати Код для вставки в блог




Информация
 
Комментировать новости на сайте возможно только в течении 60 дней со дня публикации.
 
Новости
Сегодня
21.10.2018
20.10.2018
19.10.2018

Мы в соцсетях





Архив
«    Октябрь      »  2018   
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031